Геннадий Григорьев

«Футбольное дело» прекращено за отсутствием состава преступления

Э, нет, господа, мы так не договаривались. Нам обещали непримиримую борьбу с чиновничьей коррупцией, предметный ответ на знаменитое нацлидовское: «Где посадки?!», а что в итоге? Не успело толком забиться нижегородское  сердце, опаленное огнем пролетарского гнева, как народные витии судорожно скомкали транспаранты и еле слышно заговорили что-то по типу «ошибочка-с вышла».
В понедельник ГУВД области, рассмотрев уголовное дело в отношение вице-мэра Нижнего Новгорода Владимира Колчина, прекратило дело за отсутствием состава преступления.

А замах-то был богатырский. В конце января 2010-го  в мэрию  нежданно нагрянули  борцы с коррупцией из Следственного комитета областной прокуратуры и оперативники Приволжского управления МВД. Два дня правоохранители деятельно опрашивали городских чиновников, изымали документы и компьютеры, снимая свою антикоррупционную борьбу на видео. Вскоре общественность

известили о возбуждении уголовного дела на  Колчина,  подозреваемого в совершении преступления, квалифицируемого Уголовным кодексом как «причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием в особо крупном размере». По информации следствия, которой с прокурорскими любезно поделились некие заявители, булавиновский зам незаконно потребовал с двух бизнесменов деньги на ремонт стадиона «Северный» и спонсорскую помощь ФК «Нижний Новгород».

Политический сыск
Практически сразу же выяснились фамилии ябедников  государеву оку – Сорокин, Кондрашов, Аверин и Гойхман. По странному стечению обстоятельств, все заявители отметились в последнее время как жесткие оппоненты  мэра  в имущественных спорах. И, одновременно, сторонники губернатора едва не по любому из вопросов.  Со слов этих  депутатов, они лишь дали законный ход сведениям о незаконных притеснениях пары коммерсантов со стороны руководства Серого дома. Мэр Булавинов на специально созванной пресс-конференции назвал инициативу депутатской четверни доносом,  дело Колчина - политическим, и к тому же сфабрикованным. Названные «доносчиками» господа прозвищу обиделись. К примеру, «этажист» Олег Сорокин поспешил определиться в терминах. «Неправильно делать публичное заявление и называть доносом обращение, за которое нам не стыдно, и под которым мы не боимся подписаться", - сказал тогда  Сорокин. И теперь, Олег Валентиныч, тоже не стыдно? Вопрос, впрочем, риторический, ибо сорокинский ответ предсказуем. Нет, ему не стыдно

Новости о «футбольном деле», как его с ходу окрестили журналисты, с самого начала дали повод не всерьез отнестись к его юридической составляющей. Так, «Коммерсант» уже на следующий день после первого «обыскного» дня позволил себе, ссылаясь на свои источники в правоохранительных органах,  утверждать, что возбужденное против вице-мэра дело - «явно политическое», инициированное в предвыборный год  группой депутатов Гордумы». Так что и  наш сайт  выступил в феврале с правкой булавиновского определения «донос». Мы позволили себе высказать прогноз, что мэрское определение поступку заявителей может вскоре обрести  вполне конкретную юридическую окраску: «Возможно, в случае с депутатским заявлением мы имеем дело с так называемым  «ложным доносом».

Тем более что 2 февраля бизнесмен Олег Александров, записанный в деле в качестве потерпевшего,  заявил в интервью «Сетям-НН», что ущерба не признает и никаких заявлений  не писал. Притом что  5 миллионов рублей, которые компания ВВСК под руководством Александрова перечислила Нижегородской академии футбола, по версии следствия, уже фигурировали  как  особо крупный ущерб, понесенный ООО «ВВСК» «в результате указанных действий Колчина». Тут же выяснилось, что и  второй «потерпевший» ИП Пантелеев ничего никуда не писал, а главное, не имеет никаких претензий ни к мэрии, ни к г-ну Колчину персонально. После этого сенсационного поворота  событий в воздухе явственно запахло клоунадой. Выходило, что если  подозреваемый Колчин и «обманул,  и злоупотребил доверием в особо крупном размере», то непонятно кого, когда, насколько. В заголовок репортажа о странном преступлении просилось строка поэта Вишневского: «Кто эти люди, что здесь происходит?!»

Потерпевшие репутации
«Дело есть, а потерпевших нет», - подметил мэр 3 февраля, назвав всё происходящее «позорищем», «пошлостью», выразив сожаление, что Нижний дожил до таких времен. Вадим Булавинов публично и с удовольствием стенал на тему абсурдности и беспомощности обвинений, четко артикулируя слова «политический заказ».  «Я не хочу верить, что это заказано лично губернатором», - глумливо заявил Булавинов, резюмируя 

тот факт, что на самый первый визит правоохранителей некоторые СМИ загодя  зазывала пресс-служба губернатора и просила обеспечить широкое освещение этой темы. Знакомый кремлевский журналист, разумеется, на условиях строгой конфиденциальности, но подтвердил нашему сайту эту информацию, назвав и имя кремлевской сотрудницы – Любовь Самыгина.



Выходило, что Белый дом, как минимум, заранее знал о прокурорском десанте в Серый дом. Разумеется, в пользу версии о  «политическом фабрикате» губернаторского производства  говорили и фамилии заявителей в прокуратуру, и сама футбольная тематика. Сорокин, Кондрашов, Аверин и примкнувший к ним Гойхман широко и плотно отметились в качестве шанцевского спецназа в осенней войне за отмену выборов. А Алексей Гойхман, перебежавший во время баталии из мэрского стана в губернаторский, долгое время был никем иным, как президентом ФК «Нижний Новгород», незаконность финансирования которого вице-мэру Колчину и предъявили. Поскольку в общественном сознании  не существует четкой грани между понятиями «перебежчик» и «предатель»,  слишком многие стали грешить на Алексея Липыча. И то сказать, при  отсутствии  потерпевших, следствие с первых шагов показало столь  скрупулезную осведомленность в хитросплетениях финансирования городского клуба, что все поняли,  - без консультанта не обошлось.

Впрочем, некрупный калибр антикоррупционного артобстрела, да и  само «футбольное направление» атаки  на мэрию, кажется,  изначально не произвело на нижегородцев слишком сильного впечатления. Более того, даже сработало в плюс Булавинову и Ко. Мол,  если уж для первой рекламной кампании у антимэрцев не нашлось истории покруче, чем  жидковатые обвинения в «футбольных» грехах, стало быть, Булавинов за 8 лет во главе города,  в целом,  сохранил целомудрие. Не говоря уж о том, что явный конфуз с пропажей из дела потерпевших продемонстрировал профнепригодность генерального штаба «вражеской армии», ее контрразведчиков,  диверсантов  и пропагандистов.

Ч. Т. Д.
Уже в начале февраля стало ясно, что дело Колчина оказалось мертворожденным и долго не протянет. Правоохранители еще  пару недель поизображали следственные действия, в первую очередь, для минимальной сохранности собственного реноме. Затем   прокуратура технично скинула «бесперспективняк»  в ГУВД области, которое благополучно и ожидаемо  прекратило дело за  отсутствием состава преступления. Ко всеобщему, надо полагать, облегчению стражей закона, которые не слишком любят, когда их используют в политических играх, хотя  вынуждены принимать участия в забавах власти.

Недавний подследственный вице-мэр Колчин уже заявил, что за возбуждением его дела стояли исключительно политические мотивы. "Главной целью той группы депутатов городской Думы, заявление которых инициировало это уголовное дело, был

политический скандал, а отнюдь не соблюдение российского законодательства. Жаль только, что обратной стороной политики, которую пытаются делать такими методами, стала дискредитация нижегородского спорта, нанесение большого урона его имиджу не только в масштабах региона, но и в масштабах всей страны", - подчеркнул Колчин.
 
Вчера на авансцене появился, ну, совсем никому  незаметно торжествующий Булавинов,  высказавшийся в том смысле, мол, «что и требовалось доказать». Мэр  почти кротко укорял оппонентов за «чернуху, компромат» и другие «мерзкие вещи», пророчествовал перспективу «продолжения банкета» и пытался выказать врагу кураж и боевой дух.  "Я готов к продолжению нападок на меня и членов моей команды", - произнес ВЕБ. На подзвучку  спича просился фрагмент песни «Вставай, страна огромная», но, слава богу, пока обошлось.

Презумпция виновности
«Группа депутатов», которой отныне предстоит найти доводы против данного им мэром прозвища «доносчики», в основном, безмолвствовала. Лишь Олег Кондрашов  отважно прокомментировал  провал своей футбольной затеи. «Расследование показало, что дело бесперспективное. «И слава Богу, - сказал ресторатор-энергетик. - Хотя на некоторые вопросы ответов так и нет. Странно, что возбуждало уголовное дело одно учреждение, а закрывало дело другое. Но я доверяю правоохранительным органам».

Ах, это постное смирение не без фиги в кармане. Мол, есть, есть странности в деле. Возбудили одни, закрыли другие. Жаль, что никто пока не поинтересовался у депутатов-заявителей главной странностью  истории. От кого же конкретно была (была ли) та жалоба  о колчинских притеснениях, на основе которого Кондрашов сотоварищи обратились в прокуратуру. Они указали две фамилии бизнесменов, а те говорят: ни на кого не жаловались, никуда не писали. Олег Александрович, не прокомментируете?  Полагаю, едва ли.

А ведь г-н Кондрашов и Ко создали весьма опасный прецедент, этакую «презумпцию виновности», перед которой беззащитен любой. Скажем, что мне теперь должно помешать написать о своих подозрениях или догадках, которые базируются лишь на чьей-то болтовне?  

Гипотетическое
 Предположим, придет ко мне кто-нибудь из наших общих с г-ном Кондрашовым  знакомых и расскажет, что в «ПИРовских» заведениях собачатину вместо говядины посетителям подают. Я -  с заявлением в надзорные инстанции, у  журналистов тоже свои входы  имеются. Пару клиентов «Английского посольства»  знаю, запишем их в пострадавшие. Они, скорее всего, потом скажут, что ни слова про подмену животных не говорили.  Но пока,  суд да дело,  саниспекция будет у г. ресторатора  собачьи тушки по кухне разыскивать, а пресса ежедневно станет  информировать о ходе проверки точек

общепита компании «ПИР». А назовем нашу проверку слуха, скажем, «собачьим пиром». Только представьте первополосный заголовок  размашистым шрифтом forte: «Собачье доля депутата Кондрашова!». Как думаете,  получится  у меня? Обещаю, я потом  публично обрадуюсь, что факты не подтвердились, и, как Олег Александрыч,  тоже Бога за это поблагодарю. Ну, может, намекну, что кое-какие непонятки у меня остаются. У  соседа, скажем, пуделек даве пропал, а дом его от «Карамели» неподалеку…

Ровно то же самое легко проделать с Сорокиным, Авериным или Гойхманом.
По судам затаскаете за такую забаву, доброе имя, мол, деловая репутация?  Моральный вред опять же.
Может, хоть извинитесь коллективно или по одному  перед тем же Колчиным, чье имя с Вашей подачи пачкали  на протяжении месяца?

Думаю, вряд ли. Тем более что по моей информации на деньги перечисленных депутатов подготовлены и вот-вот появятся в эфире телевизионные проекты - атаки на мэрию Нижнего. Кто – кто, но наш сайт всегда  рад коллегам, поскольку  -  за прессинг власти как таковой. Вот только  в свете пшика от «футбольного дела», наверное, стоило  бы посоветовать авторам информ - ударов: тщательнее отнестись к доказательной базе. Хотя бы во избежание реакции публики, обозначенной писателем  Булгаковым как  «над вами потешаться станут». Да уже. Узнал на днях: одного из участников депутатской четверки заявителей по «футбольному делу» подчиненные отныне зовут за глаза господином Доносятниковым. По-моему, смешно.